Дагестан лишился главной фишки, над которой смеялись все путешественники — поддельные заправки
Почти каждый, кто приезжал в республику Дагестан, особенно на машине, отмечал отсутствие федеральных заправок, к которым мы уже давно привыкли, а вместо них огромное количество подделок под известные бренды, название которых как две капли воды были похожи на федералов. Но, пожалуй, этому пришел конец.
Эти фотографии я делал в 2020 году. Вот несколько фейков под Лукойл — Луксоил, Лукой, Luxoil
Подделка под Газпром с изменением одной буквы. Также еще видел Газпромь, ПромГаз
А вот бывшая Росснефть или Руснефть. Эти фотографии и далее внизу я сделал уже в мае 2022 года.
Федералы в Дагестан так и не заходят, зато теперь есть много местных брендов, в том числе и сетей
А вот как теперь выглядят несколько бывших подделок под Lukoil с похожими фасадами, но разным названием.
Видимо, кто-то серьезно взялся за эти "подделки" и приказал больше не использовать исковерканные названия известных брендов. Что думаете?
Почему в Дагестане существуют поддельные заправки?
Почему та же Газпромнефть не может наказать за такие действия? Однозначного ответа найти пока не удаётся. Имеется мнение, что фирмы из центральной России просто побаиваются «заходить» на Кавказ, не желая иметь проблем с местным менталитетом.
Между тем, и не получается закрыть «левые» заправки. Их посещают периодически проверяющие, выписывают предписания к устранению нарушений и штрафуют. Коммерсанты дают обещание всё исправить, платят штрафы, но продолжают работать в таком «серо-черном» формате.
По мнению экспертов, такая незаконная деятельность является выгодной для местных властей. Общеизвестно, что подпольная переработка нефтяных продуктов является традиционным бизнесом на территории Кавказа. Скорее всего, здесь речь в некоторой договорённости высших эшелонов власти и бизнесменов, чтобы рынок оставался в теневом виде, а федеральные официальные сети не лезли.
Форум Винского
Аренда жилья напрямую у хозяев с гарантией
Система бронирования Суточно защищает ваши интересы и деньги как в России так и за границей: в Турции, Черногории, Израиле и тд. Хозяин получает оплату только после вашего заселения в объект недвижимости»
Аренда автомобиля за границей для тех у кого есть карты зарубежных банков
Сравнение стоимости аренды авто у разных прокатчиков. Вы задаете параметры поиска — сайт находит вам автомобиль в заданном месте, по самой низкой цене
Аренда авто в Турции, Дубае, Испании, Черногории с оплатой российскими картами
Без депозита! Выбор страховки арендуемого авто ОСАГО или КАСКО, выезд за границу
Подбор туристической страховки
Европейская страховка для получения шенгенской визы в Германию, Австрию, Хорватию
Евростраховка с хорошими скидки для гр РФ, русскоязычный интерфейс сайта, но заплатить придется картой зарубежного банка
Заказ экскурсий, выбор гида
Подбор экскурсии по странам и городам, полный каталог гидов в нужном месте. Оплата российскими картами
Заказать трансфер онлайн
Простой и удобный способ добраться из пункта А в пункт Б в незнакомом городе/стране. Трансфер из/в аэропорт, из/в отель, между городами. Оплата российскими картами
- Список форумов‹Экс-СССР форум‹РОССИЯ форум‹Автопутешествия по России. Маршруты автопутешествий по России
- Правила •
- Инструкции
- • FAQ
- • Галерея
- • Регистрация
- • Вход
АЗС в Дагестане.
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1
АЗС в Дагестане.
Михаил СПб » 19 июл 2021, 12:20
Re: АЗС в Дагестане.
Santana » 31 июл 2021, 08:28
Re: АЗС в Дагестане.
Tfef » 17 авг 2021, 21:53
Re: АЗС в Дагестане.
dim.as » 02 сен 2021, 14:32
Re: АЗС в Дагестане.
xabarov » 06 сен 2021, 21:08
В Чечне повсеместно есть настоящая Роснефть вплоть до границы с Дагестаном. Заправлялись там (Бачи-Юрт) по горлышко и дополнительно брали 40 литров ДТ в канистрах.
Re: АЗС в Дагестане.
dim.as » 12 окт 2021, 18:07
Re: АЗС в Дагестане.
Михаил СПб » 12 окт 2021, 22:58
48 руб/л, в Дагестане и Чечне
51-52 руб/л, цены –сентябрь 2021), и 3) заправщики, которые честно говорят о качестве топлива.
Большие тайны маленького бизнеса, или Почему в Махачкале еще 10 лет не будет «Макдональдса» и «Ашана»
Проектный менеджер Олег Островский родился в Ижевске, закончил МГУ, сделал успешную карьеру в Москве, а десять лет назад бросил все и уехал в Дагестан. Он стоит у истоков многих успешных проектов в сфере торговли и услуг в республике и знает все об особенностях ведения бизнеса по-дагестански.
Маркетолог поневоле
— Как получилось, что кандидат филологических наук, специалист по романским языкам подался в бизнес? Не понравилась лингвистика?
— Нет, что вы, я очень любил профессию, которую выбрал. Еще в школе проявил способность к языкам. В аспирантуру в 1998 году поступил вполне осмысленно, мне нравилась научная работа. Но начинал-то я учиться в одни времена, а заканчивал совсем в другие. После защиты диссертации мне предложили остаться преподавать в МГУ, но я посчитал: снять самую дешевую квартиру тогда стоило 200 долларов, а заработать я мог только 100… Помогать мне было некому, пришлось срочно искать другие источники дохода.
— И вы пошли переучиваться?
— Нет, устроился переводчиком в московское представительство крупной французской фирмы с довольно неромантичным направлением — водоочистительные сооружения. Быстро стал помощником руководителя по проведению переговоров, а через два года дорос до заместителя управляющего по маркетингу, стратегии и развитию.
— Значит, есть бизнес-жилка?
— Вы знаете, так получилось, что я еще школьником приобрел навыки менеджмента и маркетинга. Нашей школе — я учился в удмуртском Воткинске — во время перестройки как-то случайно повезло. Туда попала довольно известная американская программа Junior Achievement, я ее прошел и даже получил диплом. Уже в 15−16 лет нас учили, как строить кривые спроса и предложения, рассчитывать, сколько надо тратить на маркетинг развивающейся фирме, мы даже первичную отчетность вместе с родителями составляли. Я тогда совершенно не видел никаких перспектив для применения этих знаний, а потом, когда начал работать у французов, оказалось, что я знаю и понимаю намного больше, чем сам от себя ожидал. К сожалению, сейчас этой программы нет ни в одной российской школе.
Карьера продвигалась очень удачно, но захотелось чего-то нового, более интересного. И тут меня пригласили в ТАСС в отдел управления и маркетинга курировать франкоязычные страны. Я отвечал за экономические взаимоотношения агентства с иностранными контрагентами, газетами, посольствами, вплоть до администрации президента Франции.
Сплошной колхоз и улица Ленина
— Но как вы попали в Дагестан?
— В какой-то момент понял, что устал от столичной жизни. Я со студенческих лет был мусульманином. И жену себе выбрал тоже из верующих женщин, дагестанку. К тому моменту, когда мне захотелось перемен, моя супруга тоже затосковала по родине. Ей было трудно одной с детьми, да и вообще не нравилось жить в Москве. Так что наши желания совпали, и мы переехали в Дагестан.
— Не могу не спросить… Как вам, русскому, вообще удалось жениться на аварке? Говорят, это невозможно.
— Врут. Все возможно. Я узнал о ней через друзей-дагестанцев, посватался. У нее интеллигентная и по-настоящему верующая семья, не из тех, что закоснели в невежестве и каких-то сугубо тухумных традициях. Первыми на наш брак согласились ее дедушка и бабушка, глубоко религиозные люди. Они сказали, что не по шариату отказывать верующему жениху, основывая отказ на его национальности. Даже больше. Они сказали: «Мы не имеем права ему отказывать».
Фото: Евгений Костин
— Как вам показался Дагестан?
— Я бы не назвал впечатления очень приятными. Даже не знаю, что здесь могло бы понравиться десять лет назад, кроме действительно впечатляющей горной природы. Особенно после моего родного Ижевска, убранного, уютного, с преимущественно интеллигентным населением — города лучших инженеров страны. После жизни в столице… Когда я первый раз приехал в Дагестан, здесь был пик активного притока горского населения в Махачкалу. Молодежь не просто говорила на плохом русском, но еще и смешивала его с местным сленгом. Это был какой-то сплошной колхоз с единственной подстриженной улицей Ленина. Только по ней и можно было ходить. Но за десять лет произошли колоссальные изменения и в языке, и в инфраструктуре. Это видно при взгляде на дороги, дома, магазины, кафе.
— Легко ли было найти работу?
— Честно говоря, я ожидал, что специалист моего уровня, с моим-то опытом и знанием языков найдет здесь более достойное применение. Думал, что республика, владеющая морским международным портом, ведет какую-то внешнеэкономическую деятельность, что есть какой-то серьезный бизнес. Ну, хотя бы сувенирами с иностранцами торгуют.
Осмотревшись, понял, что все обстоит иначе. В итоге стал работать с бизнес-структурой, которая тогда только закладывалась, а в наши дни выросла и стала называться холдингом «Перец». Начал я работать с ними в махачкалинском ЦУМе, стартовав там в должности заместителя генерального директора по маркетингу.
Бизнес без закона
— Перечислите проекты, в которых вы принимали участие.
— В холдинг «Перец» входят 80% самых популярных кафе, ресторанов и гастрономов: Japengo, «Казан-Мангал», Centrale, «Тао», «Прованс», Pascucci, «Зеленое Яблоко», «Пятерочка» и другие. Торговый центр «Этажи». Когда-то мы же развивали второй и третий этаж комплекса «Седьмой континент». Что-то из этих проектов я запускал, чем-то управлял, что-то консультировал. Были и проекты, связанные с недвижимостью, но эта сфера в Дагестане, наверное, самая разочаровывающая.
— Здесь совершенно невнятные статусы помещений и земель, на которых они построены. То есть право собственности на них не оформлено. И это одна из причин, почему крупный бизнес федерального уровня не заходит в республику. В Дагестане, как всем известно, царит полный правовой нигилизм. Он бьет бизнес с двух сторон — со стороны закона и со стороны мошенников. Но местные как-то умудряются с этим жить, а вот для внешних партнеров подобное совершенно неприемлемо.
Приведу простой пример с торговой сетью «Пятерочка». Сейчас они в Дагестане переименовываются в «Семерочку», потому что у них закончилась франшиза и они не смогли продлить договор с центром. До сих пор было так: холдинг «Перец» арендовал неоформленные помещения, делал там ремонт на 15 миллионов и на свой страх и риск запускал проекты. Ни один федерал не будет это делать. За пределами Дагестана никому в голову не придет вкладываться в помещение, пока оно не прошло юридическую проверку, это рискованно. А тут бывает, срок аренды магазина уже истекает, а у владельца до сих пор нет «зеленки» — так тут называют свидетельство о праве собственности. Москвичам совершенно не понятны такие взаимоотношения.
— Когда, по-вашему, в Махачкале откроются такие «киты», как «Ашан», «Икея» и прочие?
— Для этого нужны несколько условий. В первую очередь, чтобы вопросы с землей и коммуникациями были решены на вменяемом уровне. У «китов» нет проблем с финансами, им не нужен административный ресурс, но вот ясность в правовом статусе земель — это обязательный момент. Это должна быть городская земля, от полугектара до гектара, предназначаемая для коммерческой застройки. А не как у нас в основном бывает: строят и на сельхозземлях, и на землях природных парков, и на пляжах. К участку должны быть проведены коммуникации: газ, вода определенного давления; парковка, дороги с выполнением четко прописанных требований и никак иначе.
«Киты» зайдут, когда увидят в регионе определенные экономические перспективы и безопасность. Главное — безопасность. Окупаемость подобных объектов очень длительная, значит, и стабильность нужна на значительный срок. Сейчас такие гиганты, как «Макдональдс» и «Ашан», просто вообще закрыты для разговора о заходе в Дагестан. Если говорить конкретно об «Ашане», то это французская сеть, и я прекрасно знаком с образом мыслей французских бизнесменов. Если нынешняя обстановка без выстрелов и терактов сохранится в Дагестане еще лет 10−15, тогда они крепко подумают и, возможно, одобрят открытие «Ашана» в Дагестане. Примерно так же и остальные.
Хотя зайди они сейчас — их эффективность будет в 3−4 раза выше, чем у любого местного бизнеса. Но я уверен: у дагестанского бизнеса есть 10−15 лет для развития собственных сетей.
Победят молодые и голодные
— А местные аналоги типа «Ашана» возможны?
— Нет, это очень «длинные» деньги. Феноменальные траты, очень сложный процесс организации торговли. У проектов такого уровня глобальная логистика. Очень многие поставщики не работают напрямую с Дагестаном, их продукция есть только у дилеров со значительной наценкой. А основная привлекательность таких гипермаркетов — в низких ценах. В дагестанском же аналоге «Ашана», чтобы окупить все расходы, вам придется держать цены на 50% выше ашановских. И по комфортности цен вас обойдет бабушка в дворовом магазинчике. Поэтому я считаю, что в Дагестане сейчас время средних и среднекрупных проектов.
— И какие у них перспективы?
— На мой взгляд, шансы на прорыв имеют молодые бизнесмены, обогащённые, так сказать, административным ресурсом (здесь без него никак), но не сорвавшие еще свой первый, второй и третий куш. То есть достаточно голодные до побед и при этом еще не слишком сросшиеся с системой. Региональная особенность — крайне жесткая сцепка с системой. Вот если они не успеют успокоиться в сытости и закоснеть во всяких системных взаимоотношениях, то смогут сделать нечто новое, интересное и прорывное. Но только в том случае, если будут опираться на помощь специалистов, а не на собственную интуицию и расчеты «на коленке».
Основным препятствием для серьезных проектов является то, что в них надо вкладывать слишком «длинные» деньги. Обычно окупаемость подобного проекта — около 8 лет, а тут инвесторам нужно не больше четырех. Знаете почему? Потому что власть слишком быстро меняется. Люди не знают, какие перемены закладывать в экономическую модель проекта.
Местный бизнес среднего и крупного масштаба имеет хорошие шансы на развитие. Думаю, именно в этом сегменте будет протекать основная конкуренция ближайшие десятилетия. У инвесторов есть теневые деньги, и рано или поздно они захотят их по-серьезному вкладывать. Но все это будет жизнеспособно только до того момента, пока сюда не войдут «киты», которые, естественно, «съедят» всех, как это случается в других регионах.
Спасительная тень
— В Дагестане кризис чувствуется гораздо меньше, чем в остальной России. Почему?
— Кризис не повлиял на регион, потому что основная часть доходов от бизнеса приходится на теневую сторону. И именно этот фактор создал некую «подушку безопасности». Теневая прибыль составляет где-то 70−80%, а в сезонные продажи и больше. То есть официальная статистика вам покажет только 20−30% того, что на самом деле тратится в Дагестане. Деньги у людей есть по той же причине. В итоге они по-прежнему ходят в торговые центры, кофейни, рестораны
В среднем местный бизнес (в хороших интересных проектах) ощутил в сумме за два-три года провисание всего на 18−20%, и то не все его сегменты. Хотя в целом по стране этот показатель существенно больше.